Как утверждают хорошо информированные источники, ректор БелГУ Леонид Дятченко является хроническим поклонником творчества Бориса Моисеева. Так оно или нет, гадать не будем, и уж тем паче судить не станем человека только за то, что он, допустим, млеет при виде кумира и конкретно тащится от означенного, извините, певца, который кокетством, жеманством и специфическими телодвижениями компенсирует отсутствие вокальных данных.

В любом случае у нас к его фанатам вопросов нет: восторгаться чем-либо или же перед кем-либо преклоняться – дело сугубо личное и где-то даже интимное. И ничего тут не поделаешь, ибо любовь зла, а козлы в шоу нашем бизнесе такие иногда встречаются, что увлечение г-на Дятченко, к примеру, Борей Моисеевым, если таковое имеет место быть, вполне может сойти за невинную шалость.

Вот почему лично мы совершенно спокойно отнеслись к сообщению о том, что не так давно в Белгороде в помещении МКЦ БелГУ состоялся тайный, то есть наглухо закрытый от посторонних глаз концерт Бориса Моисеева, куда по специальным приглашениям попала исключительно избранная публика. Кто её собирал и по каким критериям – нам опять же неведомо.

Зато мы точно знаем, что во многие регионы страны упомянутому Боре Моисееву въезд категорически воспрещен. Не в прямом смысле, потому что официально никто не вправе запретить хоть голубым, хоть серо-буро-малиновым свободу передвижения по территории РФ, но в целях его же собственной безопасности в буквальном смысле поп-звезде однажды настойчиво не рекомендовали посещать с концертами города, где живут по преимуществу машиностроители и металлурги, шахтеры и сталепрокатчики, а также представители других, сугубо мужских профессий.

Кстати, в аграрном секторе аналогичное мнение, потому что нормы традиционной крестьянской морали никак не совместимы с творческими поисками невзирая ни на что народного (вот уж, право, чудеса, да и только!) артиста.
Где они, кто звание шаловливому Борюнчику присваивал, тот «народ» нашли, мы затрудняемся сказать, но рискнем предположить, что с всенародным признанием заслуг в данном случае большая неувязка вышла.

Концерты Моисеева в свое время были категорически запрещены во многих городах России и даже за пределами страны. Бориса не пускали в свой город власти Ялты, Обнинска, Днепропетровска, Подольска, Махачкалы и Одессы, а также Иркутска, Новосибирска, Владивостока, Кишинева, Калининграда. Легче перечислить, куда певцу гламура въезд еще разрешен. Говорят, только в Уляновске нетрадиционного Борю принимают с неизменным удовольствием, его концерты здесь проходят с огромным успехом.

А что вы хотите? Симбирск однако! Отсюда по миру такое извращение пошло, что до сих пор сориентироваться в нужную сторону не можем. Видимо, меридианы с параллелями на родине вождя мирового пролетариата пересекаются как-то особенно. Аномалия, в общем. Зато в других городах отношение к Боре Моисееву вполне типичное: в прошлом году в Екатеринбурге, например, один из священнослужителей просто лег перед входом в концертный зал, где попа-звезда собиралась тем же самым местом покорять сердца зрителей. Выступление сорвать не удалось – священника увела милиция.

К счастью, нашей милиции никого никуда не пришлось уводить и тайное свидание Моисеева со своими поклонниками прошло без малейших эксцессов. И хорошо! Посидели в узком кругу за закрытыми дверями, попели, ручками похлопали, ножками потопали – все довольны, некоторые, как рассказывали очевидцы, были почти в экстазе. А что касательно города нашего, чистого и светлого, тут мы абсолютно убеждены: за содеянное кем-то ни малейшей тени подозрения на столицу святого Белогорья пасть не может.

За что, собственно? Корпоратив – он и в Африке междусобойчик, не имеющий к нам никакого отношения, а личная тяга того же, допустим, Дятченко к Моисееву нас вообще никоим образом не колышет. Дело вкуса: одному нравится апельсин, а другому – свиной хрящик с нетрадиционной ориентацией.

Влад Старожилов