«Необходимо произвести беспощадный массовый террор против кулаков, попов и белогвардейцев. Сомнительных запереть в концентрационный лагерь вне города. Телеграфируйте об исполнении» (9 августа 1918). «Расстреливать, никого не спрашивая и не допуская идиотской волокиты» (22 августа 1918). «С этой сволочью надо расправиться так, чтобы на все годы запомнили» (12 декабря 1918).

Это я наугад открыл томик из собрания сочинений вождя того периода, когда «самый человечный человек» пришел к власти и коммунистические теории начал воплощать в жизнь. Этот юрский период истории, эра господства пожирающих соплеменников и друг друга чудовищ с крохотным мозгом и страшными зубами подходит к концу.

Последние динозавры в количестве не более полусотни собрались 22 апреля на Соборной площади у подножия памятника своему вождю на тихий санкционированный митинг. Внешне все было очень благопристойно – возложение цветов, вручение партбилетов полудюжине странных мальчиков с горящими глазами. Но я остановился, чтобы послушать речи, и мне стало одновременно и смешно и жутко.

Смешно, когда солидный дядечка по фамилии Демченко рассуждает об очередном кризисе и неминуемом крахе империализма. Вот уж действительно – в чужом глазу соломинку он видит, в своем не замечает и бревна. Ведь через пару лет ему вполне хватит собственных пальцев для того, чтобы пересчитать соратников. Коммунистическая идея, последней отрыжкой которой стал незабвенный товарищ Пол Пот, тихо угасает. Товарищ Ким Чен Ир в далекой Северной Корее еще шевелит хвостом, пускает ракеты и грозится ядерной бомбой, но это уже конвульсии.

А жуть пробрала, когда тот же товарищ начал вещать о достойной встрече 130-летней годовщины со дня рождения товарища Сталина. Динозавры собираются по такому случаю своему тиранозавру Рексу воздвигнуть в Белгороде достойный памятник, а друг друга наградить юбилейной медалью. Я родился в среднестатистической рабочей семье ровно через девять месяцев после смерти Усатого, и еще половина моих одноклассников отмечали свои дни рождения в декабре 53-го. Наши вполне среднестатистические родители крокодиловых слез не лили и на смерть вождя отреагировали достойно.

Потому что в моем родном городе и вокруг него располагалось семь лагерей, входивших в систему УСЛОНа (Управление соловецких лагерей особого назначения). На ударном строительстве железнодорожной ветки к этому городу товарищ Сталин в нерепрессивном 30-м году положил 11 тысяч человек, то есть стальные рельсы можно было заменить живыми людьми. Я еще застал эти лагеря в действии.

В них один мой раскулаченный дед погиб на лесоповале, а другой, посаженный за дворянское происхождение, умер с голоду. Четверо моих дядьев не вернулись с войны, но гораздо больше родственников умерло в мирное время в родной стране за колючей проволокой. И вождю, который творил такое со слепо верившим в него народом, не может и не должно быть ни прощения, ни памятников. Нельзя реабилитировать тирана и урода. У динозавров при отсутствии мозгов наверняка отсутствует память, но, слава Богу, их время сочтено.

Сергей Новожилов