В начале 90-х в редакцию «Нашего Белгорода», который я тогда редактировал, пришел мужик один, уже довольно пожилой человек, и обратился с просьбой, повергшей меня, к тому времени много чего повидавшего на журналистском пути, в полное смятение: пришелец просил помочь ему официально стать «врагом народа». Признаюсь, я даже не сразу сообразил, чего хочет странный посетитель.
Из разговора выяснилось, что перед самой вой­ной его отца репрессировали и расстреляли, а мать отправили в АЛЖИР – так для краткости в отчетах назывался «Акмолинский лагерь жен изменников Родины». Мать на тот момент была беременна этим самым мужиком, который родился, когда срок вышел, в лагере, за высоким забором с вышками где положено и колючкой по периметру.

Сразу песня вспомнилась: «Первый срок отбывал я в утробе» – в данном случае это не метафора, а натуральный факт. Родился мужик, конечно, не на нарах, а в обычном роддоме, откуда мать потом вместе с дитём конвоировали обратно в зону, где она пребывала лет пять-шесть, пока не освободилась. Вместе с ребеночком, потому что у коммунистов почему-то не хватило зверской наглости оторвать грудничка от мамкиной сиськи. Так и случилось, что мужик тот отмахал пятерик ни за что, по воле, что называется, судьбы.

Прошли годы, настали иные времена. Репрессированных в пору сталинской тирании стали реабилитировать. Мало того – по закону, который только что приняла законодательная власть обновленной России, им полагалась денежная компенсация и какие-то льготы по коммунальным платежам, проезду в общественном транспорте и что-то еще. Кто дожил до перемен, в сравнении с коими еще вчера даже самая необузданная фантастика казалась детским лепетом, примитивными выдумками, тот получил от новой власти специальный документ, где с обвиненного когда-то в самом страшном грехе снималось это проклятье – иуда, предатель, изгой, враг своего народа. На самом деле: что может быть страшнее для всякого человека, нежели стать по решению суда выродком, отщепенцем, сволочью последней? Дело не в сроке, что за это давали по печально известной 58-й, а в более глубоких вещах. Недаром коммунистические извращенцы по части идеологии и пропаганды придумали такое проклятье – «враг народа»! Шпион – ладно, саботажник, дезертир, прогульщик, пять колосков на поле сорвал и «десятку» схлопотал как нечего делать – и это не страшно, бог с ним, отсидим, перетерпится.

Да что угодно можно уложить в голове и место в душе найти, запрятав веру в свою правду в каких-нибудь потайных уголках. Одному лишь нет пристанища в сердце русского человека – согласиться с тем, что народ твой тебя отвергает, ибо ты есть народа лютый враг. Это – казнь духовная, что хуже, чем смерть физическая. Русская душа вне роду-племени своего существовать не может. Если она, конечно, изначально русская. Еще раз подивимся утонченной, до немыслимых пределов садистской изощренности коммунистических негодяев: вот же чего придумали – «враг народа»! Сами миллионами гнобили людей – расстреливали, истязали, мучили, превращали в рабов, стирали в порошок, в лагерную пыль, а кто не согласен с преступным режимом – враг, кто пытается думать своей головой – вражина, да еще и похлеще первого. Да, интересная у нас история, даже самый кровавый Пол Пот в иных случаях рядом не стоит с мастерами заплечных дел из ЦК КПСС.

Но вернемся к тому случаю. Закон насчет реабилитации и компенсации в вольном изложении звучит так: чтобы получить денежное разовое вспоможение и установленную пожизненную льготу, надо сначала быть «врагом», а потом тебя должны официально реабилитировать, то есть оправдать. Иначе никак, потому что в противном случае всех рожденных в СССР надо считать пострадавшими от коммунистов и компенсацию платить, что было бы, кстати, справедливо. Но это другая тема.

Короче, мужик тот, который в АЛЖИРЕ детство провел, но не по приговору сталинского суда, а вроде как по собственному желанию, именно за то бился, чтобы его признали «врагом», а потом оправдали и льготу дали. С этим вопросом он обращается в соответствующие органы: товарищи, мол, не могли бы вы меня реабилитировать, потому что срок свой я в сталинских лагерях отмахал, не извольте сомневаться. А мужику из компетентных органов отвечают: извините, но в наших архивах нет насчет вас никакого «дела», которое мы должны рассмотреть, после чего только можно будет признать вас незаконно репрессированным. И всё логично: раз «дела» нет, приговора суда нет и не было никогда, о реабилитации речи быть не может.

Такая вот казуистика. Помнится, я при мужике позвонил в наши органы, тогда еще КГБ, и попросил компетентных товарищей прокомментировать ситуацию и подсказать, можно ли чем-нибудь помочь гражданину, который обратился в редакцию с необычной просьбой. Ответ был предполагаемым: в данном случае, сказали знающие люди, ни они, ни кто-либо еще гражданину помочь не в силах. С тем и ушел огорченный мужик, заявив о своей решимости биться до конца.
Представляете? Жутко даже подумать: в какой еще стране такое возможно, чтобы человек был готов положить оставшиеся жизненные силы на борьбу за признание его врагом народа, то есть изгоем, иначе сказать, нелюдем? Лично мне не совсем по нутру, что мужик бился за льготу, какую-то материальную выгоду, а не за идею. Но если на вещи глядеть без циничного прищура, вывод получается другой. Пусть для отдельно взятого мужика, репрессированного в материнской утробе, установленная государством льгота, полагающаяся бывшим «врагам», есть нечто материального свойства, а для всех нас факт признания того мужика «врагом» означал бы признание сталинского режима преступным. Вне зависимости от того, есть ли там «дело» на архивных полках, или палачи в комиссарских кожанках успели спрятать концы в воду.

Еще раз повторю: вот главный вопрос текущей повестки дня! Именно потому коммунисты орут истошно возле памятника Ленину. А почему орут? Потому что понимают: час расплаты неотвратимо приближается. При чём тут памятник?! Кому он нужен – истукан штампованный, отлитый по единому шаблону массовым тиражом? Здесь другое: для нынешних большевиков Ленин на Соборной площади – спасительная соломинка. Пока их бронзовый «вождь и вдохновитель» стоит на своем месте, в самом центре города, да еще рядом с домом, где восседает высшая областная власть, какие могут быть вопросы к рядовым и руководящим членам КПРФ по поводу коммунистического изуверства в прошлом и провокационных действий нынешних большевиков-ленинцев? Но время неумолимо. Пусть не сегодня, пусть даже не завтра, но пробьет час, и новая Россия воздаст сполна тем, кто содеял злодейства неисчислимые и повинен в преступлениях самых тяжких. Для коммунистов это будет страшный суд, но суд не божий, а людской – суровый и справедливый.

Владимир БАБИН
________________________________________________________________________
ПОСТОВОЙ:
Песню Evanescence - Lies скачать можно, пройдя по предложенной ссылке.